ХОККЕЙ. Олимпиада-1992. Воспоминания участника

Именно связка Вячеслав Быков - Андрей Хомутов на Олимпиаде-1992 стала мостиком, соединившим славную «Красную Машину» советских времен с командой, выступающей во Франции под непонятной вывеской и с олимпийскими кольцами - вместо серпа и молота. И вполне, символично, что именно Быков забросил последнюю шайбу в финальном матче с канадцами, поставив точку под уходящей эпохой.

 

Для ребят, вышедших из Советского Союза, сборная - не пустые слова! И Родина - то же самое!

- Вячеслав Аркадьевич, когда стало известно, что вы примете участие на Олимпийских играх в Альбервиле?
- Нам с Андреем Хомутовым во Фрибург пришло приглашение от Тихонова. Он хотел нас видеть в составе сборной и первым делом интересовался, сможем ли мы принять участие в Олимпийских играх - в силу того, что играли за рубежом и были под «контрактами»? Хотя для меня сам вопрос звучал странно, поскольку выступать за национальную команду - большая честь! Но в любом случае Виктор Васильевич ждал положительного ответа с нашей стороны, после чего нужно было решать уже все административные вопросы.
- Трудно ли было уговорить руководство «Фрибурга» на отъезд?
- У нас с первых дней наладились профессио­нальные и человеческие отношения в клубе. В частности, с президентом Жаном Мартине, который, к сожалению, ушел несколько лет назад из жизни. Он даже стал в свое время моим крестным, и вообще очень близким человеком. Уже при подписании контракта в Москве наш босс понял, что для нас, ребят, вышедших из Советского Союза, сборная - это не пустые слова! И Родина - то же самое!
- Без сомнений!
- Поэтому, когда каждый раз ставился вопрос о нашем приезде на очередной чемпионат мира или Олимпиаду, президент с уважением и пониманием относился к нашим пожеланиям. Более того, всячески способствовал. Для Мартине было только важно, чтобы мы имели официальное приглашение от федерации нашей страны, ведь требовалось объяснить руководству, да и журналистам, почему два ведущих иностранных игрока клуба будут отсутствовать в определенных играх.
- Когда состоялось ваше знакомство с новой сборной?
- В конце января, перед Олимпиадой, сборная проводила серию товарищеских игр в Австрии и Швейцарии. Один из матчей, с Канадой, проходил во Фрибурге. Там мы впервые сыграли за олимпийскую сборную. Но матч запомнился не только уверенной победой над родоначальниками хоккея…

 

Тихонов шел с красным флагом и ему аплодировали

- А чем еще?
- Там произошло уникальное событие - по окончании матча наш президент подошел к Тихонову, попросил выйти на лед и сделать круг почета по площадке с красным, советским флагом. Когда он проходил, стадион стоя ему аплодировал.
- Для швейцарцев он был легендой?
- Он для всех был легендой. Удивительно другое, что Виктор Васильевич согласился.
- Скромностью отличался?
- Да, очень скромный человек, никогда не выставлял себя впереди других. Но здесь согласился. Вероятно, советский флаг на него возымел действие… Так вот именно в этом матче состоялось наше с Андреем первое знакомство с коман­дой. До этого ребята готовились в Новогорске, и мы совсем не знали состав. Ведь в девяностые множество наших бывших партнеров разъехались по всему миру: кто в Канаду, кто в Европу, некоторые завершили карьеру.
- Для вас самого хоть на мгновение стоял вопрос, играть ли за эту сборную? Ведь риск неудачи был большой, все звездные партнеры действительно разъехались.
- Нет, и не мог просто встать! Мы же были воспитаны на нашем хоккее, где сборная - это святое! Для меня всегда являлось честью в ее составе бороться за главные призы и передавать традиции, которые, в свою очередь, получили от предыдущего поколения.
- Вы с Хомутовым в Альбервиле оказались главными ветеранами этой сборной, остальные молодежь, как их прозвали киндергартен - детский сад.
- Да, ветераны в 31-32 года (улыбается).
- Сейчас это выглядит смешно.
- Но действительно средний возраст той коман­ды составлял 23 или 24 года. Я помню, как Тихонов, уникальный человек и великий тренер, как бы кто к нему не относился, однажды пришел в раздевалку, на общее собрание и сказал: «Я встречался на пресс-конференции с журналистами, и они спрашивали, что за детский сад вы сюда привезли»? И его слова, безусловно, возымели на нас действие.

 

С первой раскатки осознал талант «детсадовцев»

- Быстро вы нашли общий язык с молодежью этой команды?
- Просто моментально осознал на себе талант этой команды. Буквально на первой раскатке! Ты ведь получаешь удовольствие, когда тебя с полуслова, полу-жеста понимают партнеры. Молодые ребята уже обладали высоким мастерством, это было приятно, неожиданно приятно. Сразу увидел, что из этих ребят могут вырасти монстры хоккея. И они, действительно, такими все и стали - и на уровне НХЛ, и в сборной. А сейчас уже некоторые, как Лешка Жамнов, возглавляют сборную.
- Было ли неожиданностью, что вас свели в одной тройке с Юрием Хмылевым?
- С Юрой Тихонов попробовал нас в нескольких матчах еще в 1986 году. Он тогда играл за «Крылья Советов». И у нас хорошо получалось. Очень талантливый хоккеист, мы быстро нашли общий язык. Тем более что сами не так давно уехали за рубеж, и там старались пропагандировать наш стиль хоккея. Полагаю, находились в достаточно хорошей форме, чтобы влиться в коллектив и быть ему полезным.
- Тихонов на олимпийском турнире сделал ставку на клубные звенья.
- Думаю, что это как раз и стало преимуществом нашей команды, акцент был сделан на клубные тройки: из ЦСКА, «Спартака», «Динамо» и наша - условно ветеранская. Для соперников стало сюрпризом, что все звенья имели разный почерк, тактический и технический рисунок.
- Для вас это была уже вторая Олимпиада. Обстановка в Альбервиле сильно отличалась от Калгари?
- Это совершенно непохожие Олимпиады. Разные страны, континенты… Сама организация другая. В Калгари мы жили в одной деревне, под нее был переоборудован студенческий городок. И чувствовали себе одной семьей, шло общение между спортсменами, не возникало никаких преград, все открыто и интересно. Когда, например, я получил небольшую травму, в медицинском центре познакомился с горнолыжником, который приехал из Перу. Немножко с ним поговорил по-английски.

 

В Калгари обедал вместе с Катариной Витт

- Да, где еще встретишь горнолыжника из Перу.
- Еще обедал за одним столом со знаменитой немецкой фигуристкой Катариной Витт. Калгари - это был праздник, который объединял все культуры. А в Альбервиле такого единения не ощутил. Мы жили в Мерибеле, в гостинице, и по атмосфере турнир больше походил на чемпионат мира. С нами, кажется, еще конькобежцы из нашей сборной находились и другие хоккейные команды. И все!
- По сценарию какой из матчей в Альбервиле для СНГ сложился тяжелее всего?
- Непростая игра вышла с чехами в группе, незадолго до стадии плей-офф. Мы уступили в одну шайбу - 3:4. Но эта неудача оказала нам хорошую услугу, свидетельствующую о том, что надо готовиться к каждому сопернику и к каждому матчу. Ведь до этого мы только выигрывали, и у ребят могло возникнуть чувство, что все легко дается и уже крылья выросли за спиной.
- Говорят, что перед финальной игрой с Канадой в воздухе просто витала атмосфера напряженности.
- Может быть. И в Канаде жаждали этого матча, и в нашей стране. Это «классика», очень принципиальная дуэль для обеих сборных. Но мы много общались с ребятами и старались, чтобы лишнее напряжение не снизило их потенциал. Они должны были находиться в лучшем состоянии духа. И, как мне кажется, у нас получилось.
- Третий гол, в вашем исполнении, в финальной игре с Канадой до сих пор стоит перед глазами?
- Конечно! Не хочу показаться таким надутым и напыщенным, но комбинацию, которая привела к этой шайбе, мы использовали уже не раз. Так называемая «вторая волна» - наработка ЦСКА при Тихонове второй половины восьмидесятых. Мы с Андреем бросились в контратаку, канадцы, сломя голову, пытались вернуться в свою зону, но перед синей линией поставили их «на тормоза». Сделали «восьмерочку», вернувшись к своей зоне, а потом Хомутов вошел по правому краю, на него среагировали пару человек, а он сбросил шайбу мне в центр.
- Остальное дело техники?
- Я делаю пару шагов и дальше щелкаю под перекладину голкиперу канадцев Шону Бурку. Постарался вложиться хорошо в этот бросок - всю свою злость и мощь! Иногда проходило (улыбается)! Этот гол немного охладил пыл канадцев, ведь как обычно в конце матча они обрушили на наши ворота, шквал атак, старались подавить и сравнять счет.

 

Победу отпраздновал с канадцем в комнате для допинг-контроля

- Успели с учетом того, что вас ждал клуб, заехать в Москву и попраздновать чемпионство с командой?
- Буквально после матча мне в кавычках повезло, был выбран на допинг-контроль, когда ребята в раздевалке праздновали. И сразу «отстреляться» не получилось! Мне принесли пивка, благо, что уже можно было себе позволить. И с канадцем, которого тоже выбрали на проверку, подняли бокалы за завершение турнира! Он меня поздравил с победой, я его - с серебром. В итоге ребят только в автобусе догнал.
- И сразу во Фрибург?
- Надо сказать, что мы и на Олимпиаду приехали отдельно от ребят. Они отправились в Альбервиль на автобусе сразу после товарищеского матча с канадцами, а нам предстояло еще провести пару игр за клуб в чемпионате. И буквально перед самым началом олимпийского турнира наш президент, а он был фанатом вертолетов, обучался этому делу - доставил нас на своем аппарате в Мерибель…
- Также обратно?
- Нет. Обратно президент приехал за нами уже на машине - нас ждал чемпионат Швейцарии. Поэтому времени на продолжительное празднование не нашлось, успели только сказать пару тос­тов, поблагодарив тренеров, ребят, и все - в путь!
- Если бы вам тогда сказали, что следующее олимпийское золото будет добыто Россией только в 2018 году, поверили бы?
- Нет, конечно. Надо сказать, что и через два года в Лиллехаммере, руководство вроде хотело первоначально видеть нас в составе сборной. Мы с удовольствием дали свое согласие, но опять-таки следовало сделать официальный запрос в клуб - тем более что Швейцария тогда на Игры не отобралась и паузы в чемпионате не планировалось… Но «бумаги» так и не пришли, видимо, в наших услугах уже не видели большой необходимости. В итоге все сошло на нет...
- Возможно, вас и не хватило, чтобы сборная России, вернулась из Лиллехаммера с медалями.
- Не знаю, это все гипотетические рассуждения. Но мы бы с удовольствием к команде присоединились... Могу только сказать, что в Альбервиле получили громадный опыт. В Калгари играли в составе настоящей армады, команды-звезды, где, что не имя, то легенда! Тогда сборная СССР была безусловным фаворитом, а на Олимпиаде-1992 мы уже выступали в роли ветеранов. Создали своеобразный мостик между тем поколением и новым, представляющим уже совсем другую страну.
Игорь ГУРФИНКЕЛЬ.

Хоккей ХК СКА КХЛ Быков Вячеслав
 
 

СМИ2

 

Следующий номер "Спорт уик-энда" выйдет

в понедельник,

5 декабря