На этой неделе мы вспоминали Эрнеста Серебренникова, которому исполнилось бы 90. Даже перешагнув восьмой десяток, он продолжал играть в футбол и теннис, гонять на автомобилях и утверждал: «Врачи не находят у меня никаких болезней». Увы, Эрнест Наумович ушел из жизни, не дожив нескольких месяцев до своего 85-летия.
Наездник Романов на лошади Растрата
Много раз доводилось брать интервью у этого поистине легендарного человека. Серебренников не мог без общения независимо от того, кто был его собеседником - крупный политик, руководитель международного спортивного объединения или скромный коллега по профессии. Иногда, проезжая мимо нашего дома, Эрнест Наумович звонил: «Не возражаете, если заеду?» И каждая такая встреча дарила интереснейшие рассказы.
Да и байки из уст Серебренникова звучали, как рассказ о событии, в котором невозможно усомниться. Однажды Эрнест Наумович поведал о том, что в день празднования какой-то годовщины Великой Октябрьской социалистической революции из Смольного пришло указание: ни в коем случае не давать в эфир сюжеты об играх ленинградских футбольных и хоккейных команд. Мол, могут проиграть, а огорчать всесильного первого секретаря обкома Григория Романова в такой день было нельзя.
У телевизионных начальников поинтересовались: «Есть ли у вас что-нибудь о других видах спорта?» Нашелся сюжет о соревнованиях конников. На выход его в эфир было получено «добро» из Смольного. В выпуске спортивных новостей сообщили, что победителем соревнований стал наездник Романов на лошади Растрат. Сколько ни интересовался у питерских конников, был ли такой спортсмен и такая лошадь, никто не подтверждал эту информацию. Только рассказ Серебренникова был настолько убедителен, что сомневаться не приходилось.
Все начиналось в Стране Серебряковии
Родился Серебренников в семье морского офицера, инженера-связиста. Его назвали в честь лидера немецкой компартии Эрнста Тельмана. Первый журналистский опыт он получил еще школьником, выпуская вместе с братом Михаилом в «стране Серебряковии» семейную газету. Называлась она по-революционному - «Искра».
После окончания школы, продолжая семейную традицию, Эрнест поступил в Ленинградский кораблестроительный институт. В начале 1957 года в разгар сессии он попал на встречу с Вадимом Синявским. Комментатор, имя которого гремело по всей стране, рассказывал ленинградским болельщикам о недавно завершившейся Олимпиаде в Мельбурне.
«Повествование Синявского захватило настолько, что на следующий день завалил экзамен по гидромеханике, - вспоминал Серебренников. - Первый и единственный раз за все время учебы в институте не смог сосредоточиться на экзамене. Вдруг пришло озарение, что мне совершенно неинтересна гидромеханика».
Пожалуй, с этой судьбоносной встречи и начался путь Серебренникова на радио, а затем и телевидение. Хотя после окончания вуза он был распределен на работу в Лахденпохью, где располагалась база управления суперсекретными объектами. «Надеюсь, сегодня это уже не является государственной тайной, - рассказал Эрнест Наумович. - Когда прочитал в «Советском спорте» объявление о конкурсе для будущих комментаторов, первым, кто посоветовал принять в нем участие, был мой непосредственный начальник. Он учился в Политехническом институте вместе с Виктором Набутовым и очень этим гордился».
Даже положенные в советские времена три года молодой специалист по полученной в «Корабелке» специальности не отработал. Специальным распоряжением министра он был откомандирован в Ленинград. «Правда, первые успехи на радио были здесь ни при чем, - уверял Серебренников. - Меня откомандировали в кукольный театр «Корабелки», слава о котором гремела далеко за пределами вуза. Мы принимали участие в сборных концертах вместе с заслуженными и народными артистами СССР. Школа, полученная в кукольном театре, очень помогла в будущем».
Первый режиссер ленинградского телевидения
В первые годы работы на радио и телевидении Серебренникову очень помог Виктор Набутов. «Он был очень добрым человеком, - рассказал Эрнест Наумович в одном из интервью. - В то время руководство могло предложить совершенно непредсказуемые сочетания: репортаж одного тайма футбольного матча только по радио, а второго - по телевидению или два по телевидению, а один по радио. Когда распределялись комментаторы, Виктор Сергеевич обычно предоставлял мне выбор».
В спортивную редакцию Ленинградского телевидения Серебренников пришел как режиссер. Хотя часто работал и как корреспондент. «В Ленинграде на «кнопках», как говорят телевизионщики, сидели очень талантливые люди, - вспоминал Эрнест Наумович. - Даже Игорь Масленников, отец российского Шерлока Холмса, случалось, работал на спортивных трансляциях. Приходилось быть многостаночником».
Многие годы Серебренников работал в тандеме с Геннадием Орловым. После безвременной кончины Набутова руководители Ленинградского телевидения организовали конкурс, понимая, что необходимо иметь в штате профессионального комментатора. «Мне довелось быть членом жюри, которое выбирало единственного победителя, - поведал Серебренников. - Было много достойных кандидатов, но только что завершивший футбольную карьеру Орлов подкупил всех. Общий язык мы нашли быстро и достаточно легко. В отличие от журналистов, которые пробовали свои силы в качестве комментаторов и частенько обижались на замечания, Орлов прекрасно понимал специфику жанра».
Сам Серебренников мог комментировать соревнования «Формулы-1» на воде, одновременно работая за режиссерским пультом. Он часто комментировал соревнования по игровым видам спорта и фигурному катанию, но непременно вместе с профессионалами. «Свои лучшие баскетбольные репортажи провел, когда на комментаторской позиции рядом был Владимир Петрович Кондрашин, - вспоминал Эрнест Наумович. - Если его не удавалось уговорить, старался приглашать кого-то из игроков «Спартака». Убежден, что такие динамичные виды спорта, как баскетбол и хоккей, должны комментировать только специалисты. Замены игроков на площадке происходят так быстро, что объяснить их можно, только обладая тренерским мышлением».
Очень многое Серебренников сделал для продвижении на телевидении проходивших в Санкт-Петербурге теннисных турнирах АТР и WTA. Профессионалы высоко оценили его вклад. Хотя Евгений Кафельников не удержался от реплики: «Он рассказывает о каком-то своем теннисе».
Ноу-хау ленинградского мэтра
В историю отечественного, да и мирового спортивного телевидения Серебренников вошел как автор многих ноу-хау, которыми и сегодня пользуются телевизионщики. При подготовке к Олимпиаде-80 ленинградцам доверили освещение соревнований по плаванию. Генеральной репетицией стала Спартакиада народов СССР, проходившая в 1979 году. Серебренников придумал необычный формат трансляции.
Он использовал камеры на рельсах, позаимствовав этот прием у кинематографистов. А еще установил микрофон интершума к бортику бассейна. Когда пловцы совершали поворот, их хлопок был слышан в эфире и создавал мощный эмоциональный фон. Все это долго отрабатывалось в пустом бассейне, и когда в Москве увидели трансляцию всесоюзных соревнований, тогдашний руководитель спортивной редакции Гостелерадио СССР Александр Иваницкий позвонил в Ленинград и сказал: «Ну, за плавание теперь мы абсолютно спокойны».
На соревнованиях по фигурному катанию ленинградские телевизионщики в несколько раз увеличили количество камер и применили абсолютно новые приемы съемки и монтажа. Даже попросили снять часть бортов, чтобы оператор Анатолий Оношко с камерой практически лежал на льду. С другой стороны катка камера была подвижной, на рельсах. Сегодня, конечно, когда можно использовать телевизионные дроны, парящие надо льдом, подобные приемы кажутся наивными, но в ту пору это был настоящий прорыв.
Серебренников первым в стране предложил при трансляциях футбольных, хоккейных и баскетбольных матчей снимать крупные планы зрителей. Операторам была дана команда искать знакомые всем лица. В кадре появлялись поэт Михаил Дудин, хореоргаф Константин Сергеев, актеры Кирилл Лавров и Игорь Владимиров. А сам Серебренников, когда находился на комментаторской позиции, готовил «экспромты».
Как вспоминал Эрнест Наумович, однажды на баскетбольном матче Владимиров так яростно переживал за кондрашинский «Спартак», что к месту пришлась заготовленная реплика: «Игорь Петрович, нельзя же так волноваться! У вас же завтра в театре премьера».
Во время подготовки к Играм Доброй Воли-1994, проходивших в Санкт-Петербурге, Серебренников был принят в Атланте телемагнатом Тедом Тернером. Тот раскрыл многие свои секреты, но, побывав в нашем городе, был просто восхищен тем, как российская команда во главе с главным режиссером спортивных трансляций при ограниченной технической базе создает высококачественный продукт, который украсил бы и трансляции тернеровского CNN.
Серебренников кроме своих профессиональных качеств обладал редчайшим даром общения. Он легко находил общий язык с президентом МОК Хуаном-Антонио Самаранчем и первым мэром нашего города Анатолием Собчаком, с писателями и поэтами, актерами и хореографами. Для своей команды, которая формировалась годами, Эрнест Наумович был очень требовательным руководителем, но и операторы, и редакторы, и монтажеры считали за честь с ним работать.
Серебренникова не стало в январе 2021 года. Его похоронили на спортивной аллее Серафимовского кладбища. Через год в актовом зале Санкт-Петербургского государственного морского университета (так сейчас называется «Корабелка») была открыта мемориальная доска в честь, пожалуй, самого известного выпускника этого вуза. Вышла книга «Эрик. Эрнест. Эрнест Наумович», и горжусь, что в нее были включены большие фрагменты моих интервью. Снят фильм о жизни легенды отечественного телевидения, премьера которого состоялась в октябре 2024-го.
19 мая Эрнесту Наумовичу Серебренникову исполнилось бы 90.
Борис ХОДОРОВСКИЙ.