Он никогда не был «удобным». Был слишком прямолинейным для хоккейных интриг, слишком талантливым, чтобы сидеть в запасе, и слишком гордым, чтобы просить прощения.
11 июля исполнилось три четверти века Вячеславу Анисину. За его плечами - восемь чемпионств в СССР, три золота мировых первенств, участие в двух Суперсериях против канадских профессионалов.
Впрочем, главное в истории его жизни - он показал всему миру, что характер в хоккее значит не меньше, чем сильный бросок и неуловимый финт.
«Если школа мешает хоккею - бросай школу»
Родители Вячеслава были людьми спортивными. Отец Михаил Григорьевич в свое время играл в русский хоккей за команду ВВС, мать Лидия Васильевна серьезно занималась конькобежным спортом.
Но отец никогда не настаивал, чтобы сын шел по его стопам. Наоборот, заставлял хорошо учиться.
Однако спорт сам нашел парня. Сперва он занимался спортивной гимнастикой, и потом продемонстрировал уникальную гибкость и координацию на льду. А еще мальчишки из его двора сами заливали каток, где он часами и пропадал.
В «профессиональный» хоккей, в ЦСКА, Анисина в 10 лет привел… солист Краснознаменного ансамбля Евгений Беляев, исполнитель знаменитой «Калинки». Его сын учился с маленьким Славой в одном классе.
Чуть ли не с самого начала карьеры у Анисина сложились непростые отношения с Анатолием Тарасовым. Когда великий тренер впервые увидел юного Вячеслава в «молодежке», то спросил у наставника юниоров: «Почему не рекомендуете мне своих орлов, особенно этого, который пошустрее всех?» И услышал в ответ: «Да, этот парень поталантливее Харламова будет!» Тарасов запомнил фамилию, хотя и нахмурился - не любил пышных авансов.
Однако именно Тарасов сыграл в судьбе Анисина решающую роль. Однажды в школе не хотели отпускать Вячеслава на юношеский финал.
На тренировку пришел Анатолий Владимирович и спросил, кто не едет. Анисин встал и признался. Тарасов отрезал: «Запомните, молодой человек: если школа мешает хоккею - бросай школу. Будешь мастером - потом доучишься. Голова должна быть светлая».
Анисин уехал на турнир, а в школе потом было целое заседание: половина учителей требовали немедленно отчислить нарушителя, половина - оставить. В итоге «помиловали» и даже фотографию повесили на доску почета - ведь ученик стал чемпионом страны среди юниоров.
Но главный конфликт с мэтром случился позже. После того как Тарасов вернулся в очередной раз из сборной в ЦСКА, он разбил тройку Лебедев - Анисин - Бодунов, отправив двух партнеров Вячеслава в Калинин, в первую лигу - в СКА МВО.
Расплата за честность: вместо «Спартака» - в воинскую часть
Анисин тут же заявил о желании в знак протеста уйти в команду главного раздражителя - «Спартак». Тарасов вызвал его на разговор. Мало кто решался сказать строгому тренеру все прямо в глаза, но форвард не струсил и подтвердил, что написал заявление. «Я же не обманул его, - объяснял он потом. - За что извиняться?»
Через двадцать минут после этого разговора в раздевалку вошел отец Анисина в сопровождении генерала. Тарасов заявил отцу, что тот не воспитал сына в духе советского патриотизма.
Отец, фронтовик, прошедший разведку и раненный на передовой, ответил: «Вы что думаете, если играешь за ЦСКА - это патриотизм, а если за другую команду - нет?»
Но за свою честность Анисину пришлось все-таки расплачиваться - сослали в воинскую часть под Курском. Спасло вмешательство отца, работавшего в тот момент в Центре подготовки космонавтов и лично знакомого с Юрием Гагариным, который сам играл в хоккей за команду «Наши» в Звездном городке. Совместными усилиями бунтаря вытащили.
Через 15 лет после той истории Анисин встретил Тарасова, и тот признался: «Спасибо тебе за преданность хоккею! Ты ведь не знал, почему я хотел тебя оставить. Сейчас скажу - за твой прямой характер. Мне такие люди нужны, они не подводят. А ты так ничего и не понял».
Звездный час
Суперсерия-1972 стала звездным часом Анисина. 21-летний парень летел через океан без страха. «Да и никому из ребят страшно не было, - говорил он. - Мы школу Тарасова прошли, Кулагина, Боброва, Пучкова. Кости и мышцы одни и те же у всех хоккеистов в мире. Я сразу сказал: профессионалы зря надеются разобраться с нами одной левой, мы наверняка что-то у них зацепим».
По дороге он поспорил с канадским журналистом, написавшим, что сборная СССР не возьмет ни одного матча. «Если выиграете хоть одну - съем свою статью!» - пообещал репортер. «По рукам!» - ответил Анисин.
После того как «Красная Машина» начала разбираться с родоначальниками хоккея, Вячеслав вспомнил о пари и нашел неудачливого «пророка».
В тарелку борща со сметаной полетели обрывки газеты. Тот попытался съесть несколько кусочков, но дальше одной ложки дело не пошло. Однако история разлетелась по всему миру.
В третьем матче в Виннипеге, когда сборная уступала 2:4, именно звено Анисина переломило ход игры. Бодунов сравнял счет с чудо-передачи Вячеслава.
А в пятой игре в Москве, при счете 1:4 в пользу канадцев, Анисин забил переломный второй гол - ловко подправил шайбу с пятачка после дальнего броска Юрия Ляпкина. Спустя восемь секунд отличился Шадрин, и советскую команду было уже не остановить.
Клюшки Фила Эспозито и Бобби Халла
После Суперсерии представители «Сент-Луис Блюз» предлагали Анисину и его партнерам неслыханные деньги за переход. Вячеслав с ходу отверг эту мысль - согласиться значило бы сбежать из страны.
Впрочем, Анисин умел ценить не только победы, но и «трофеи». После восьмого матча он попросил у Фила Эспозито клюшку. Тот уже упаковал свои орудия труда и подарил Вячеславу целую связку.
Позже хоккеист хвастался, что этой клюшкой перебивал шайбу от своих ворот до противоположных. После Суперсерии-74 он выпросил клюшку у Бобби Халла, но играть ею не смог - специфический загиб крюка и прорезь под палец не подходили.
Уникальная тройка
Звено Лебедев - Анисин - Бодунов считается одной из сильнейших троек в истории отечественного хоккея. Они играли вместе с 14 лет.
Борис Кулагин, возглавивший «Крылья Советов», забрал всю тройку из ЦСКА, и именно в этом клубе они раскрылись полностью.
Уже первый матч Анисина за «Крылья» против родного ЦСКА 22 октября 1971 года стал его бенефисом: он сделал покер в ворота Владислава Третьяка, добавив на свой счет и голевую передачу. За всю историю советского хоккея лишь Хелмут Балдерис повторял этот подвиг.
В сезоне-1973/74 «Крылья» сенсационно выиграли чемпионат, оторвавшись от ЦСКА на 11 очков в итоговой таблице. Анисин стал лучшим бомбардиром страны с 46 очками (22+24), а его тройка стала самой результативной, опередив легендарное звено Михайлов - Петров - Харламов. Ну а всего в чемпионатах СССР он провел 509 матчей и забросил 176 шайб.
В 1976 году, после того как Харламов попал в тяжелую автокатастрофу, Анисин вернулся в ЦСКА и занял место «легенды №17» в тройке с Петровым и Михайловым.
Михайлов позже признавался: «Заменить Харламова едва ли возможно, но Вячеславу это удалось. Как говорится, он играл за себя и за того парня».
Олимпиада, которая улетела без него
В середине 70-х Анисин был лидером сборной - выиграл подряд три чемпионата мира (1973-1975). Но в 1976 году произошел скандал: прямо перед Олимпиадой в Инсбруке его тройку в последний момент сняли с рейса.
В прямом смысле - с самолета, в Шереметьево, где они уже находились со всей командой. Вместо них по требованию больших людей из Министерства обороны включили игроков ЦСКА - Жлуктова и Бориса Александрова.
«Это был удар ниже пояса, - вспоминал он. - Я не знал, за что. Мы же выиграли чемпионат мира за год до этого».
Обида была настолько сильной, что Анисин хотел даже совсем закончить с хоккеем. Но не смог - слишком любил игру.
Спустя десятилетия он встретил человека, принявшего то решение, и услышал слова, которых ждал всю жизнь: «Прости, Вячеслав, я был неправ». Анисин не стал таить зло. «На хоккей я никогда не обижался, - говорит он. - Только на дураков, которые им управляют».
Кстати, на чемпионате мира-1975 Анисин получил страшную травму, которая едва не привела к фатальному исходу - конек соперника пропорол ему висок.
«Конек торчал из моей головы, - рассказывал хоккеист. - Наложили 17 швов, я всю ночь читал роман «Анжелика», заснуть было невозможно из-за боли. А на следующий день залепили рану пластырем, и я пошел на тренировку». Этот случай отлично символизирует его характер: играть, несмотря ни на что.
* * *
Благодаря хоккею Анисин нашел и главную любовь - жену Ирину Черняеву, фигуристку, чемпионку СССР, встретив ее на катке. «Я увидел ее, и все - пропал», - смеется Вячеслав. Они вместе уже больше полувека.
Их дочь Марина пошла по стопам матери - стала фигуристкой, олимпийской чемпионкой 2002 года в танцах на льду в паре с Гвендалем Пейзера.
Сын Михаил выбрал хоккей, как отец, стал обладателем Кубка Гагарина в составе московского «Динамо». Когда Анисина спрашивают, кем он гордится больше, он отвечает: «Детьми. Шайбы забудутся, а они - останутся».
Игорь ГУРФИНКЕЛЬ.